Дружба сипов крепнет с годами
Молодые белоголовые сипы активно ищут новых впечатлений, но с возрастом они начинают всё больше ценить повседневную рутину и старых друзей.
Белоголовые сипы живут падалью, которую ещё надо поискать. Когда сип находит чью-нибудь тушу, он кормится на ней несколько дней подряд. Однако отдыхает сип не там, где ест, а там, где удобно отдыхать, где есть комфортное убежище. При этом отдыхающий сип служит сигналом другим сипам – они присоединяются к нему, создавая общую «зону отдыха» в надежде, что он покажет, где тут еда. С другой стороны, вновь прибывшие тоже вполне могут наткнуться на пищу, и когда они вернутся на тот же ночлег, чтобы на следующий день отправиться в «столовую», к ним присоединятся другие. В сиповых «ночлежках» образуется что-то вроде товарищеских связей – птицы по очереди показывают друг другу, где поесть.
Но ведь мест для ночлега может быть не одно и не два. Один и тот же сип вполне может провести какое-то время с одной группой, потом перелететь в другую, потом вернуться в первую, потом отправиться в третью и т. д. Сипы так и поступают, но только по молодости. Сотрудники Тель-авивского университета, Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе и других научных центров проанализировали данные с GPS-датчиков более чем ста сорока белоголовых сипов, обитающих в Израиле. Данные собирали пятнадцать лет; при продолжительности жизни в сорок лет половая зрелость у них наступает в 4–7 лет, так что те птицы, которые были молодыми в начале наблюдений, успевали стать более вполне взрослыми, а те, кто в начале был среднего возраста, успевали состариться.
Слёт друзей. (Фото: Ignacio Ferre Pérez / Flickr.com)
Судя по данным GPS, молодые сипы склонны менять ночлег почти каждую ночь; бывает, что они возвращаются в одно место дважды, но случается такое не очень часто. Повзрослев, они в сумме проводят уже половину ночей в одном и том же месте; наконец, старые сипы перестают интересоваться новыми местами, и в смысле ночлега стараются возвращаться в одну и ту же «спальню». При этом спят и кормятся они, как мы помним, компаниями, и у них можно выделить небольшую группу старых друзей, с которыми сипы проводят больше всего времени, и некий внешний круг общения, с которым они имеют дело, перелетая между местами для ночлега. Ближний круг формируется относительно рано, и остаётся постоянным на всю жизнь. А вот готовность общаться с малознакомыми индивидуумами у сипов с возрастом падает. В статье в PNAS говорится, что старые сипы почти всё время проводят только со старыми друзьями, и если летят на другое место поспать, то это другое место опять же одно из постоянных мест отдыха. То есть маршруты сипов со временем рутинизируются, а новым знакомствам они всё больше предпочитают тех, кого давно знают. Кстати, молодые птицы часто избегают мест, популярных среди сипового старичья, и авторы работы полагают, что старые просто прогоняют их от себя.
В целом всё это похоже на людей, и не только на людей – у других животных с возрастом тоже усиливается склонность к рутине, любовь к знакомым местам и нелюбовь к незнакомым лицам. Возможно, в отношении животных «дружба» кажется слишком сильным словом, но ведь и у людей не всегда можно отделить дружбу от привычки. Так или иначе, как и у людей, у сипов действительно с возрастом меняется характер – исследователи особо подчёркивают, что за пятнадцать лет наблюдений они имели возможность следить за одними и теми же птицами, которые со временем из охотников за новыми впечатлениями превращались в домоседов.