В этом и состоит ваша ошибка, о чем много раз говорил Зализняк. Знание сегодняшнего языка здесь не имеет ни малейшего смысла, поскольку взаимопроникновение языков и культур происходило не вчера, не год и даже не 10 лет назад. Зачастую это сотни лет, в результате чего заимствованные слова перерабатываются носителями языка до неузнаваемости - о чем вы со своим нынешним знанием языка и близко не подозреваете. Меняются формы слов, заменяются буквы, утрачиваются какие-то части слов, а взамен носители добавляют что-то свое. Меняется даже исходные смысл слова.

Один из примеров, который приводил Зализняк в своих популярных лекциях - новгородская табличка с надписью, которую мы сегодня прочитали бы как "Покушаю". Чем с нами хотел поделиться писарь? Мыслями о предстоящем вкусном обеде, ведь речь о всем известном глаголе "покушать"? А вот и нет - к еде табличка не имела ровно ни малейшего отношения.

Дело в том, что глагол "покушать" является однокоренным с существительным "покушение" и глаголом "покуситься", т.е. речь о попытке совершить какое-то действие. И, таким образом, писарь всего лишь пробовал перо, а его "Покушаю" - это наши сегодняшние "Тест", "Проверка" или "Проба", но никак не намерение поесть. А вы, не зная всех этих тонкостей языковых трансформаций, по факту пытаетесь рассуждать о блохах у рыб ("У рыб чешуя. А вот если бы у них вместо чешуи была шерсть, то у них водились бы блохи! Кстати, о блохах!")
Тем не менее, данный факт не имеет никакого отношения к этимологии ойконима "Москва".