Портал функционирует при финансовой поддержке Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций.

Тревожный мир

Психические расстройства будут лечить не только психиатры? Терапия с помощью виртуальной реальности и приложений в телефоне — реальна? И почему люди не идут на приём к психиатру, даже когда уже совсем всё плохо? Об этом рассказывает профессор Георгий Петрович Костюк, главный психиатр Москвы, член Общественной палаты Российской Федерации, главный редактор журнала «Consortium Psychiatricum».

Георгий Петрович Костюк, главный психиатр Москвы, член Общественной палаты Российской Федерации, главный редактор журнала «Consortium Psychiatricum». Фото Екатерины Козловой.

— Георгий Петрович, у психиатрии исторически сложился образ, ассоциирующийся с ограничением свободы — взять хотя бы художественные фильмы, где главного героя нередко против его воли удерживают в «психушке». Сталкиваетесь ли вы сегодня с настороженным отношением населения к профессии психиатра?

— Вы правы, на психиатрии пока всё ещё висит негативный ярлык. Она сильно стигматизирована, и это, пожалуй, основная проблема на сегодняшний день. Предвзятое отношение к психическим расстройствам со стороны общества часто приводит к тому, что человек не обращается за помощью к психиатрам, а коллеги-медики других специальностей к психиатрам не направляют. В результате люди приходят к специалисту либо когда психическое неблагополучие тянется долгое время и становится хроническим, либо когда развивается тяжёлое психическое расстройство. Хотя при более раннем обращении, вполне возможно, удалось бы сберечь здоровье и сохранить годы активной жизни.

— Наверняка в этом виновато и законодательство — в нём же должно регламентироваться, кто, кого и как может лечить?

— Основной закон в нашей стране, касающийся психиатрии, — это закон Российской Федерации «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании». Действующая редакция была утверждена в 1992 году, а более поздние поправки не оказали существенного влияния на содержание документа. Сейчас мы видим, что назрела острая потребность в его коррекции. Я возглавляю межведомственную рабочую группу при Общественной палате по формированию предложений для внесения изменений в этот закон. Одно из основных направлений работы для нас — это повышение доступности помощи.

В настоящее время диагностировать психическое расстройство, назначать и проводить лечение могут только врачи-психиатры. В результате чаще всего в их поле зрения оказываются люди с тяжёлыми психическими расстройствами: психозами, органическими нарушениями, суицидальным или агрессивным поведением. В то время как большой пласт пациентов с тревожными расстройствами и депрессиями к таким специалистам не попадает; они обращаются либо к психологам, либо к врачам соматического профиля, либо занимаются самолечением.

Мы считаем необходимым наделить правом врачей других специальностей, в первую очередь врачей общей практики, оказывать медицинскую помощь при непсихотических расстройствах и назначать лечение. В случае тяжёлых расстройств и при нетипичных состояниях пациенты, как и сейчас, смогут обратиться за помощью к психиатру. Так происходит во всём мире, и такие рекомендации даёт ВОЗ.

— А как вы относитесь к тому, что люди занимаются самолечением разного рода тревожных расстройств, стрессов, снижения настроения?

— Конечно, гораздо лучше, когда лечение пациента проходит под контролем специалиста. Но надо учитывать, что нетяжёлые психические расстройства достаточно распространены, а в нашей стране есть ещё и проблема с обращением за лечением к психиатру, о чём мы уже говорили. Далеко не все люди добираются до специалиста. В ряде западных стран сложилась такая практика, что лёгкие проявления тревожных расстройств фактически отданы на самолечение. Людям в этом помогают мобильные приложения. Один из наших российских примеров — «Антипаника», приложение, где есть шкалы для самооценки и пошаговые инструкции, как можно себе помочь в той или иной ситуации. Все материалы составлены в соответствии с когнитивно-поведенческим подходом. Безусловно, необходимо понимать ограничения подобных методов. Но именно при лёгкой степени тревожного расстройства, при ухудшении настроения, это лучше, чем ничего.

 — Какие новые подходы появились в профилактике, диагностике и лечению психических проблем?

— Международная классификация болезней 11 пересмотра — МКБ-11, переход на которую ожидается в 2022 году и которой посвящён отдельный тематический выпуск журнала «Consortium Psychiatricum», фактически окончательно утверждает синдромальный подход в психиатрии в противовес применявшемуся ранее нозологическому. Нозологический подход, с одной стороны, был более традиционным для медицины — психические расстройства рассматривались как заболевания, у которых есть причины, механизм развития и прогноз — такой образ мышления свойственен врачам. Но с другой стороны, в психиатрии мы причины заболевания чаще всего не знаем, прогнозы часто не оправдываются, поэтому при нозологическом подходе есть высокая вероятность ошибки и неоправданной «инвалидизации» пациента или наоборот недооценки тяжести состояния. Поскольку единственное, о чем мы можем говорить наверняка — это текущее состояние пациента и данные, полученные в ходе его наблюдения, то, диагностика теперь базируется на оценке текущего состояния пациента «здесь и сейчас», диагноз выстраивается «по кирпичикам» на основании имеющейся симптоматики, а делать прогнозы на этом основании мы не спешим, как было свойственно нозологическому подходу.

Если говорить о лечении, то появляющиеся методы идут по пути цифровизации, как и многие другие сферы нашей жизни. Например, существует большое количество мобильных приложений для когнитивной психотерапии, где пациенты самостоятельно могут вести дневник наблюдений, использовать упражнения для эмоциональной саморегуляции, обращаться к базе знаний в случае кризисной ситуации.

Специалисты начинают применять при работе с пациентами элементы виртуальной реальности, что позволяет получить лечение людям с ограничениями доступа к квалифицированной помощи по состоянию здоровья или в связи с социальными условиями. Согласно результатам исследований, о которых мы рассказывали в нашем журнале, терапия с использованием технологий виртуальной реальности демонстрирует такие же результаты, как традиционные методы работы «лицом к лицу», а порой и более высокие. Особенно всё это актуально сейчас, в период пандемии.

— Бытует мнение, что в некоторых случаях попытки вылечить человека с психическим заболеванием ухудшают его душевное состояние. Этот феномен, в частности, описан в рассказе Чехова «Чёрный монах». Как вы считаете, всегда ли нужно лечить человека с психическими отклонениями?

— Спектр психиатрических заболеваний крайне широк. Один полюс — это неврастения, лёгкие формы расстройств. Другой — тяжёлые психотические расстройства с полной потерей критики к своему состоянию. При тяжёлых расстройствах жизнь человека находится под угрозой и вопрос «лечить или не лечить» даже не стоит: надо лечить.

Если говорить о психических расстройствах в целом, то есть условная грань. В ряде случаев заболевание может доставлять человеку некоторые неудобства, например, снижается работоспособность, ухудшаются коммуникации с другими людьми, но это происходит на уровне дискомфорта и не приводит к существенной дезадаптации или выраженному страданию. А есть ситуации, когда благополучие человека нарушается до такой степени, что он полностью выпадает из социума.

Ещё один вариант связан с попаданием в точку невозврата и инвалидизацией, когда терапевтические воздействия уже неэффективны. Поэтому подходить к вопросу оказания помощи следует дифференцированно, в зависимости от состояния пациента.

Медицинская помощь может быть немедикаментозной. Существуют более активные методы биологической терапии. Например, психотерапевты практически не используют лекарства в своей практике и опираются на лечебную силу слова. Однозначно помощь показана пациентам с выраженным проявлением психических расстройств. В любом случае, чем раньше оказана помощь, тем выше её терапевтический эффект.

— Есть точка зрения, что психические болезни — это расплата за блага цивилизации. Так ли это, и если так — ждёт ли нас ухудшение психического здоровья?

— Развитие цивилизации привело человечество от вопросов выживания к вопросам качества жизни. Раньше на тревожные расстройства не обращали внимания, потому что медицина была сосредоточена на болезнях, которые могли привести к смерти человека. Сейчас всё больше внимания уделяется психологическому комфорту, вопросам социального и семейного благополучия, самореализации. Тот уровень цивилизации, на котором мы находимся, позволяет нам думать не об удовлетворении базовых потребностей, не о том, как выжить и не умереть от голода, а о комфорте, об удовлетворении потребностей более высокого уровня.

В то же время современный ритм жизни, проблемы мегаполисов, нарушение естественного биологического ритма жизни человека являются новыми вызовами для психики, и не всегда она с этими вызовами справляется. Уровень стресса возрастает, особенно в больших городах. Один из ярких примеров — исследования мигрантов. Когда люди мигрируют из менее развитых стран в высокоразвитые, возрастает риск возникновения психозов. Отчасти это связано с тем, что человек мог быть изначально склонен к психическому заболеванию, но также сказываются и повышенная нагрузка на психику, и влияние другой культурной среды, которые являются триггерами развития заболевания.

— Например, как пандемия коронавируса?

— Пандемия COVID-19 обратила внимание всего мира на проблему психического здоровья, хотя пока слишком противоречивы имеющиеся данные. Некоторые учёные сообщают о негативном влиянии пандемии и самого вируса на психическое здоровье человека. Есть данные, что у людей вырос уровень тревожности, участились случаи возникновения депрессивных расстройств.

Наши данные несколько иные. Во время пика пандемии российские психиатры проводили исследования, результаты которых мы публиковали в нашем журнале «Consortium Psychiatricum». Итоги онлайн-опроса москвичей, проведённого весной 2020 года, продемонстрировали отсутствие повышенного уровня тревоги и депрессии у респондентов. В Санкт-Петербурге коллеги анализировали ситуацию с самоубийствами в прошлом году по сравнению с «доковидными» периодами. В 2020 году частота самоубийств была на 30,3% ниже, чем в среднем за предыдущие четыре года. Аналогичные исследования в других странах продемонстрировали разные результаты, и где-то они были обратными. Сейчас ещё идёт период накопления данных для анализа, слишком рано давать оценки.

Хотя если говорить о влиянии коронавируса на психику, то уже доказано его негативное влияние на когнитивные функции. Однако должно пройти какое-то время, чтобы мы могли оценить последствия в долгосрочной перспективе. Например, будут ли они ускорять развитие деменции или постепенно переходить в неё, мы пока не знаем. Сейчас в Алексеевской психиатрической больнице при поддержке гранта РФФИ проходит исследование влияния COVID-19 на когнитивные функции здоровых людей и пациентов «Клиник памяти» с мягким когнитивным снижением. Результаты будут обязательно опубликованы.

— А как можно улучшить психическое здоровье общества?

— Говоря о способах решения психических проблем, нужно сделать акцент на том, что психиатрия не ограничивается только медикаментозным лечением. Психиатрия — это наука и медицинская, и социальная, поэтому важно придерживаться биопсихосоциального подхода к лечению — совокупности медикаментозного, психотерапевтического воздействия и социальной поддержки пациентов.

В дальнейшем, если будет достаточно внимания уделяться психическому здоровью, в первую очередь информированию населения, достаточному финансированию служб психического здоровья, то в целом психическое благополучие людей может и улучшаться. Реализовать это удастся только в случае принятия комплексных мер на правительственном уровне, на уровне профессионального сообщества и потребителей помощи. Что, вполне вероятно, сейчас и произойдёт, поскольку пандемия обратила внимание на проблемы психики. Отворачиваться от них дальше невозможно.

— За время нашей беседы вы не раз ссылались на издаваемый вами специализированный журнал. Каковы его цели и задачи?

— Да, действительно, мы с коллегами создали научный рецензируемый медицинский журнал «Consortium Psychiatricum» при поддержке Российского общества психиатров и Российской ассоциации содействия науке. Совсем недавно он отметил первый год своей работы. Для нас это важное событие.

Издание охватывает академическую аудиторию разных стран мира и освещает актуальные вопросы современной психиатрии. Помимо традиционной мотивации — публикации актуальных исследований — мы стремимся создать журнал мирового уровня. Задача не из лёгких, учитывая тот факт, что в последние годы таких прецедентов не было. Но я верю, что у нас получится. Журнал выходит в печатной и электронной версии и находится в свободном доступе на сайте www.consortium-psy.com, поэтому все желающие могут ознакомиться с публикуемыми в нём работами российских и зарубежных учёных.

Автор: Наталия Лескова

Источник: «Наука и жизнь» (nkj.ru)






Портал журнала «Наука и жизнь» использует файлы cookie. Продолжая пользоваться порталом, вы соглашаетесь с хранением и использованием порталом и партнёрскими сайтами файлов cookie на вашем устройстве. Подробнее