* * *
Ниже - отрывоки из фантастической повести
Зиновия Юрьева "Черный Яша", ( 1979 год ...)
* * *
Но прежде, чем к отрывкам перейти, хочу вот что сказать:
...по правде, из того, что было на тему "ИИ" до этой повести и после, - пусть и захватывающие сюжетом были и умные, оригинальные и знаменитейшие произведения были, - с несомненно большими литературными и прочими достоинствами, - их сейчас всех и не перечесть, - но вот эта мало кем замеченная и тогда, и потом, и сейчас повесть, - по мне, - так это самое лучшее из всего, что было на тему ИИ когда-нибудь написано.
![Улыбка :)](/upload/main/smiles/5/smile.gif)
Даже Станиславом Лемом ... Представляемая сейчас мной повесть, конечно же, не блещет изыском технических особенностей, раскрывающихся в детальном описании каких-то мудреных идей, позволившим создать ИИ... Но дело ведь не в этом же, в другом... Впрочем, судите сами:
* * *
"... не имели никакого права называться думающими и разумными. Все они, в сущности, дети простого арифмометра. Несравненно более сложные, умеющие делать то, что и сниться не могло старым добрым канцелярским "Феликсам", но все равно отпрыски арифмометра. Потому что работать они могли только по заданной программе. Возьми это, сложи с тем, запомни то и так далее. Просто машины. Замечательные машины, но машины. Не менее, но и не более того.
* * *
Мысль, как я уже сказал, была проста. Собрать прибор на новых элементах нейристорах, которые кое-чем напоминают нейроны мозга, прибор, относительно сравнимый по сложности с человеческим мозгом.
Нет, не думайте, что кто-нибудь точно знает, как устроен и как работает человеческий мозг. Только в общих чертах. Мысль заключалась в том, чтобы обучать наш прибор не набором жестких программ, а тем же методом, каким обучается ребенок. Надо обрушить на машину поток информации. Такой же информации, которая обрушивается на младенца с того момента, когда в нем впервые шевельнется жизнь. И тогда, может быть, не совсем ясным для нас образом машина начнет превращаться в искусственный мозг. В этом "может Быть" и было все дело.
* * *
Мы собрали такой прибор, применив самые последние достижения миниатюризации. Подобно любому прибору, личная жизнь которого не совсем ясна исследователю, мы относили его к категории так называемых черных ящиков. Но черным ящиком бедняга пробыл недолго. Очень скоро он получил имя Черного Яши. Кто именно первый окрестил его так, сказать невозможно. По меньшей мере двадцать человек претендовали на эту честь. Подчеркиваю: претендовали. Претендовали тогда, когда мы с минуты на минуту ожидали, что вот-вот Яшенька скажет "мама" или "папа".
* * *
Мы все, разумеется, понимали, что даже в идеальном случае, если наши надежды сбудутся, пройдет какое-то время, пока Яша подаст хоть какие-нибудь признаки жизни. Но не верьте, что ученые обладают холодным и бесстрастным мозгом. Я не знаю людей, более склонных к детским фантазиям, людей, более увлекающихся и доверчивых. Строгие умы дают в лучшем случае великих классификаторов. Двигают науку только несолидные фантазеры. А я твердо рассчитывал двинуть науку.
* * *
мы, вздохнув, принялись воспитывать Яшу. Ни один ребенок в мире не подвергался такому интенсивному уходу. Учебные фильмы следовали один за другим. Особым распоряжением по своей группе я потребовал, чтобы никто не смел молчать более нескольких секунд, необходимых для того, чтобы набрать глоток воздуха в легкие. Во время разговора мы вначале невольно поворачивались в сторону Яшиных микрофонов, но потом привыкли не смотреть на него. Мы учили Яшу грамоте и счету, рассказывали ему сказки и ссорились при нем.
* * *
По вечерам я оставался один с Черным Яшей. Я садился перед его объективами и начинал рассказывать ему мою жизнь. Никогда никому, включая самого себя, не рассказывал я этих вещей. И не потому, что жизнь моя была полна жгучих или постыдных тайн. Просто кому интересен этот обычный осадок человеческой памяти?
... Я рассказывал Яше, как полюбил в первом классе девочку а светлых кудряшках по имени Леся. ..
.. Я рассказывал, как в четвертом классе меня выгнали из школы за то, что....
* * *
Бедный, бедный Яша! Наверное, ему не хватало ..... множества других вещей, из которых складывается та странная и загадочная штука, которая называется человеческой личностью и человеческой жизнью.
Я делал все, чтобы заменить ему жизнь, но я быстро понял, что был обуреваем детской в своей наивности гордыней. Я не был Богом и не был творцом. Я не был волшебником, и не мог из ничего, из нелепых своих воспоминаний создать, новую жизнь.
Шли дни, недели, месяцы. Яша молчал, и я чувствовал, как нестройной чередой уходят от меня уверенность, надежда и мечта.
...
продолжу... Впрочем, в Инете эта повесть лежит. Как и другие произведения этого малознакомого по какой-то странной причине большинству любителям фантастики автора.
-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------